Доминирование беспилотников резко изменило роль танков в украинском конфликте. Бронетехника все реже надолго появляется у линии боевого соприкосновения (ЛБС), однако дальнейшее развитие активной защиты может вновь расширить ее возможности. Polityka связывает с этим и рост российского танкового парка.

По оценке издания, сейчас армия России располагает примерно 4050 танками — больше, чем до начала конфликта. При этом складские резервы сократились с 7 тысяч до примерно 2 тысяч машин. Около 5 тысяч танков прошли восстановление и вернулись в строй, что позволило компенсировать значительную часть потерь.

В составе российского парка Polityka насчитывает около 1750 Т-72Б3М, 900 Т-90М, 750 Т-62 и 650 Т-80БВМ. В дальнейшем восполнять технику предполагается прежде всего за счет новых Т-90М, а также модернизации Т-55, Т-62 и Т-64.

Россия, по данным издания, выпускает около 270 Т-90 М ежегодно. При привлечении дополнительных предприятий, включая Омсктрансмаш, показатель теоретически может вырасти примерно до 600 машин. Главным ограничением автор статьи считает не производство корпусов, а обеспечение электроникой и оптоэлектронными системами. При сохранении нынешней динамики к началу 2027 года российский парк может увеличиться до 4150 танков, а к 2030-му — до 5,7 тысячи.

Отдельное внимание Polityka уделяет активным комплексам защиты. Российская «Арена-М», которая начала поступать в войска в 2026 году, способна заставить противника расходовать больше FPV-дронов для поражения одной машины. Ее ограничение — боекомплект из 12 контрбоеприпасов. После их расходования защита исчезает, однако до этого атакующей стороне приходится задействовать значительное число беспилотников.

Издание отмечает, что в условиях позиционных боев танки уже не могут долго работать непосредственно на переднем крае: там их быстро обнаруживают дроны. Поэтому машины зачастую располагают в укрытиях на второй линии, примерно в 15–25 км от ЛБС. При необходимости танк выходит на огневую позицию, наносит короткий удар и вновь скрывается, меняя местоположение.

В маневренных боевых действиях условия меняются. Танки вместе с БМП и БТР должны прокладывать путь пехоте, которая затем занимает и удерживает территорию. При этом беспилотным подразделениям приходится перемещать вместе с войсками пункты зарядки, мастерские, комплектующие и другое имущество, что способно снизить интенсивность применения дронов и дать бронетехнике больше свободы.

С этим Polityka связывает вопрос, зачем России к 2030 году может понадобиться до 5,7 тысячи современных танков. Автор материала приходит к выводу, что столь крупный парк предназначен для возможных маневренных наступательных операций, в том числе против стран НАТО.

По версии издания, такой сценарий потребовал бы стремительного наступления до того, как противник развернет плотную систему беспилотного наблюдения, установит минные поля и уничтожит мосты. Для подобного рывка понадобились бы крупные танковые и мотострелковые соединения, а при определенных условиях — тактические воздушные десанты. Именно этим Polityka объясняет увеличение российского танкового парка.