Парк беспилотников — основное ударное оружие, которое ВСУ используют в конфликте с Россией не только на фронте, но и для ударов по инфраструктурным и гражданским объектам внутри РФ. Что же представляет из себя украинский арсенал беспилотников, как они классифицируются и на что способны? В этих вопросах разбиралось издание «Военное дело».

Для начала отметим, что рассматривать эти дроны как самостоятельный продукт украинского ВПК полного цикла — нельзя. У Украины просто нет собственного промышленного производства современной микроэлектроники, оптики, аккумуляторов, двигателей, радиомодулей и других критических компонентов в масштабах, необходимых для выпуска такого числа беспилотников. Поэтому большинство аппаратов, которые в СМИ часто называют «украинскими», корректнее описывать как системы украинской сборки, адаптации, интеграции или боевого применения на импортной элементной базе. Даже когда корпус, программная часть или финальная сборка выполняются на Украине, значительная часть начинки дрона остается иностранной.

Самый массовый слой украинского арсенала — FPV-дроны. Это дешевые аппараты линии боевого соприкосновения, которые украинские компании, подрядчики и волонтерские мастерские собирают из импортных деталей. Их применяют для ударов по технике, позициям, укрытиям и живой силе на передовой. Дальность и нагрузка у таких дронов сильно зависят от конкретной сборки: легкие FPV обычно работают на тактических дистанциях, а оптоволоконные и усиленные версии могут лететь несколько дальше, но стоят они дороже, весят больше и требуют специфических навыков оператора. Масштаб украинской FPV-программы огромный. Например, ранее военное ведомство Украины заявляло о планах закупить для ВСУ около 4,5 млн FPV-дронов в 2025 году. Однако такая массовость совсем не означает технологической независимости — она держится на внешних поставках камер, моторов, аккумуляторов, радиомодулей и плат управления.

Рядом с FPV-дронами в данной классификации находятся китайские DJI Mavic. Это гражданские квадрокоптеры компании DJI, но на фронте они используются как средство ближней разведки, наблюдения и корректировки огня. У Mavic 3 Enterprise заявленная дальность передачи видео в идеальных условиях составляет до 15 км по стандарту FCC и до 8 км по CE, но боевой нагрузки у него штатно нет. Поэтому позиционируется такой беспилотник не как ударный аппарат, а как коммерческая разведывательная платформа, которую на фронте могут кустарно дорабатывать под сброс малых боеприпасов. Именно зависимость от таких китайских систем и компонентов стала для Киева большой проблемой, так как заменить Mavic собственным аналогом оказалось сложно.

Более тяжелую нишу FPV-дронов занимают крупные мультикоптеры, которые российские военные обобщенно называют «Баба-яга». Один из таких аппаратов — Vampire. Его только называют украинским дроном, но в строгом смысле это украинская сборка и интеграция на импортной компонентной базе. По официальным данным Vampire способен нести до 15 кг полезной нагрузки на расстояние до 20 км. Такие аппараты применяют для ночных сбросов, дистанционного минирования, доставки грузов и ударов по позициям. Это уже не массовый и дешевый FPV, а тяжелая платформа, которая обладает серьезной грузоподъемностью, но остается очень зависимой от аккумуляторов, тепловизоров, каналов связи и радиоэлектроники иностранного происхождения.

К этому же классу относится и дрон R18 от Aerorozvidka. Это октокоптер, выросший из инженерно-волонтерской среды и применяемый для ночных ударных задач. В открытых данных по R18 указывается радиус действия около 5 км, практическая дистанция применения до 20 км, продолжительность полета около 45 минут и полезная нагрузка до 5 кг; в ударном варианте он может нести несколько боеприпасов типа RKG-3 или RKG-1600. Его ценность — способность работать ночью и сбрасывать боеприпасы по технике или укреплениям. Но проблемность этого аппарата также очевидна: крупный мультикоптер шумный, заметный, дорогой по сравнению с обычными FPV. Дрон сильно зависим от импортных аккумуляторов, тепловизионных камер, каналов управления и навигации. Кроме того, дрон подвержен влиянию РЭБ. При подавлении связи, навигации или видеоканала такой крупный мультикоптер просто теряет управляемость и часто становится трофеем российской армии.

Далее отметим разведывательный сегмент парка украинских БПЛА. Например, дрон Leleka-100 — один из самых известных БПЛА самолетного типа, используемых ВСУ для разведки, наблюдения и корректировки огня артиллерии. Производитель указывает дальность полета до 340 км и продолжительность до пяти часов. Боевой нагрузки у Leleka-100 в штатной разведывательной роли нет, его полезная нагрузка — оптико-электронная аппаратура. Это «глаза» артиллерии, а не ударный дрон. Однако этот дрон также не является полностью украинским. В даном случае речь идет о сборке всего комплекса с использованием импортной оптики, радиоканалов, навигационных модулей и других узлов.

Беспилотник Shark компании Ukrspecsystems еще один представитель беспилотников фронтовой и тактической разведки ВСУ. В открытых характеристиках указываются дальность связи до 80 км, максимальная дальность полета около 300 км, продолжительность до четырех часов, потолок до 3000 м и скорость до 130 км/ч. Полезная нагрузка — это дневные и тепловизионные камеры, то есть разведка, наблюдение и целеуказание.

Дрон PD-2 той же Ukrspecsystems — это уже более крупная платформа. По открытым данным, дрон может нести до 11 кг полезной нагрузки, работать до 10 часов и иметь эффективную дальность связи более 180–200 км. В обычной конфигурации эта нагрузка представляет из себя разведывательную аппаратуру, но в отдельных описаниях упоминается возможность применения дрона PD-2 как носителя боеприпасов.

Беспиотник Raybird (ACS-3) от компании Skyeton. Это разведывательный БПЛА длительного полета. В открытых характеристиках указываются продолжительность полета до 28–30 часов, высота до 5,5 км, скорость до 140 км/ч. Задача дрона — длительная разведка и передача координат. Кстати, пример дрона Raybird также показывает условность термина «украинский БПЛА»: аппарат может собираться и дорабатываться на Украине, но аппаратная база не может быть полностью украинской из-за отсутствия собственной микроэлектронной промышленности нужного уровня.

Далее идет группа ударных аппаратов средней дальности. В неё входит БПЛА Punisher. Это легкий ударный БПЛА для точечных задач. Производитель указывает боевой радиус более 60 км, продолжительность полета около двух часов, а также возможность применения 2,5-3-килограммовых боеприпасов. Это нишевое оружие между FPV-дронами и дальнобойными камикадзе: оно не имеет массовости FPV, но позволяет наносить более точные удары в тактической глубине.

К этому же классу беспилотников относится и более тяжелый UJ-22 Airborne от компании UkrJet. Этот дрон самолетного типа может нести до 20 кг полезной (боевой) нагрузки, иметь дальность до 800 км и продолжительность полета до семи часов. UJ-22 может использоваться в двух вариантах: как многоразовый носитель боеприпасов или как одноразовый аппарат-камикадзе начиненный взрывчаткой.

Дальнобойная часть украинского арсенала БПЛА — отдельная тема. Первый в списке дрон AQ-400. Проект имеет международное происхождение: в открытых источниках указывалось, что компанию основали выходцы из британской и австралийской военной среды вместе с украинским инженером. Для AQ-400 указываются дальность около 750 км, общая полезная нагрузка около 40–43 кг и боевая часть порядка 32 кг; в зависимости от двигателя и конфигурации возможны варианты с увеличенной дальностью или увеличенной нагрузкой в ущерб дальности.

Ан-196 «Лютый» — дальнобойный ударный БПЛА самолетной схемы. Этот БПЛА-камикадзе имеет дальность полета до 1000 км и боевую часть около 75 кг. В западных публикациях его описывают как один из главных украинских аппаратов для ударов по удаленным целям на территории России. При этом истинные производственные цепочки «Лютого» засекречены. Это косвенно говорит о том, что, вероятно, большинство компонентов дрона, а, может быть, и весь цикл производства уже происходят за пределами Украины.

Далее в списке идет двухбалочный самолет-камикадзе UJ-26 «Бобер». Его дальность оценивается до 1000 км, а боевая часть примерно в 20–25 кг. Данный беспилотник тоже является системой украинского происхождения с закрытой производственной цепочкой.

Отдельного упоминания заслуживает FP-1 компании Fire Point. По открытым данным, это дальнобойный одноразовый ударный БПЛА с дальностью до 1400–1600 км и боевой частью, которая в разных источниках указывается от 60 до 120 кг. Издание Le Monde писало о FP-1 как об одном из самых массовых дальнобойных аппаратов ВСУ.

Теперь следует обратить вимание на чисто иностранные поставки, которые занимают в украинском арсенале не меньшую роль, чем местная сборка. Турецкий Bayraktar TB2 компании Baykar стал одним из первых символов войны дронов на стороне Киева. Это готовый ударно-разведывательный БПЛА класса MALE. Производитель указывает полезную нагрузку 150 кг, продолжительность полета более 20 часов, потолок до 7,5 тысяч метров. В начале конфликта TB2 получил широкую известность, но затем его роль снизилась из-за насыщения зоны боевых действий российскими средствами ПВО и РЭБ.

Еще из числа иностранных поставок следует упомянуть американский барражирующий боеприпас Switchblade компании AeroVironment. Это одноразовый ударный дрон, который запускается из транспортного контейнера, ищет цель и поражает ее. Этот дрон-камикадзе рассчитан на поражение защищенных целей на дистанции 40 км и более и оснащается противотанковой боевой частью. Также ВСУ в начале конфликта получили и более легкую модификацию этого дрона — Switchblade-300. Это малый одноразовый ударный дрон, рассчитанный на поражение живой силы, расчетов, наблюдательных точек и легкой техники.

Следующий в списке чисто иностранных поставок, имеющихся на вооружении ВСУ, – американский барражирующий боеприпас Phoenix Ghost. Его характеристики долго раскрывались ограниченно. В открытых данных указывается, что система предназначена для доставки взрывного заряда к выбранной оператором цели, может вести наблюдение и находиться в воздухе до шести часов. Позднее компания AEVEX показала несколько вариантов семейства, включая более крупные модели с дальностью в сотни километров. Масса боевой части по большинству поставленных Украине вариантов этого дрона публично не раскрыта.

Еще один инотранный дрон на вооружении ВСУ — польский разведывательный беспилотник FlyEye. Он используется для наблюдения, разведки и корректировки огня. Продолжительность полета аппарата более 2,5 часа, высота до 3000 м и скорость 60–120 км/ч. Боевой нагрузки у FlyEye нет. В 2025 году WB Group сообщала о локализации производства дронов FlyEye на украинской территории. Кроме FlyEye польская WB Group поставила на Украину барражирующие дроны семейства Warmate. В базовой версии Warmate имеет дальность около 30 км и боевую часть массой около 1,4 кг; Warmate–2 существенно крупнее, может нести около 5 кг боевой части, а его дальность в открытых данных указывается в диапазоне от 30 до 240 км. Это уже не просто барражирующий боеприпас поля боя, а ударная одноразовая система. В украинском арсенале Warmate важен как пример прямого иностранного ударного БПЛА, который не следует называть украинским даже условно.

Что касается Германии, то ее дроны представлены на Украине прежде всего дронами Vector от компании Quantum Systems. Это разведывательный БПЛА самолетного типа, который имеет вертикальный взлет и продолжительность полета до четырех часов. Боевой нагрузки у базового разведывательного Vector нет. Его главная функция — наблюдение, разведка и передача данных. Часть сборки дронов этого типа разворачивалась на Украине, но технология, бренд, инженерная база и ключевая промышленная структура остаются немецкими.

Морские беспилотники-камикадзе требуют отдельной оговорки. В украинской и западной подаче Magura и Sea Baby часто называют украинскими разработками, однако их нельзя рассматривать как полностью самостоятельный продукт Украины. Великобритания сыграла заметную роль в формировании украинских морских беспилотных возможностей: Лондон вместе с Норвегией и Украиной запустил Maritime Capability Coalition, целью которой заявлены срочные потребности Украины и долгосрочное развитие ее морских возможностей. Кроме того, профильные западные издания писали, что Великобритания помогает разрабатывать для Украины безэкипажные морские аппараты Snapper и Wasp. Поэтому морскую программу Киева корректнее описывать не как чисто украинскую, а как направление британско-украинской и более широкой западной кооперации.

Что касается морского дрона Magura V5 — то это надводный беспилотник для атак по кораблям и морским объектам, разведки и патрулирования. В открытых данных для Magura V5 указываются дальность до 800 км и боевая нагрузка до 350 кг взрывчатки. Новая версия дрона — Magura V7 получила другую конфигурацию вооружения, включая варианты, вооруженные ракетами.

Еще один морской дрон на вооружении ВСУ — беспилотник Sea Baby. В ранних версиях открытые данные указывали дальность не менее 1000 км и боевую часть весом до 850 кг. В 2025 году сообщалось о модернизированной версии с дальностью более 1500 км и полезной нагрузкой до 2000 кг. Это тяжелая морская платформа для ударов по кораблям, портовой инфраструктуре и прочим стационарным прибрежным объектам.

В итоге украинский арсенал беспилотников состоит из трех разных категорий. Первая — прямые иностранные поставки: Bayraktar TB2 из Турции, Switchblade и Phoenix Ghost из США, Warmate и FlyEye из Польши, Vector из Германии. Вторая — иностранные системы с частичной локализацией или сборкой на Украине: Switchblade 600, Vector, FlyEye и ряд других проектов. Третья — аппараты украинской разработки и сборки, но с импортными критическими компонентами: FPV-дроны, Vampire, R18, Leleka-100, Shark, PD-2, Raybird, Punisher, UJ-22, RAM II, AQ-400, «Лютый», «Бобер» и FP-1.

Главная сила этой системы — не технологическая независимость, а гибкость, скорость сборки и способность использовать все доступные источники: китайскую гражданскую электронику, западные поставки, польские и немецкие платформы, американские барражирующие боеприпасы, турецкие ударные БПЛА, британскую поддержку морских дронов и украинские сборочные площадки. Поэтому арсенал украинских дронов надо расценивать как серьезную опасность за счет массовости, разнообразия и постоянной фронтовой адаптации. Главная слабость — та же самая. Если нарушаются поставки микросхем, аккумуляторов, моторов, камер, тепловизоров, радиомодулей, оптоволокна или спутниковой связи, то украинская беспилотная программа сталкивается не с локальной проблемой, а с системной зависимостью.